Алексей Шорников (alexeyshornikov) wrote,
Алексей Шорников
alexeyshornikov

Душеспасительное интервью протоиерея Георгия Митрофанова



Советую все прочесть: http://www.vozvr.ru/tabid/248/ArticleId/1332/

Несколько высказываний отца Георгия:

И в конечном итоге, получилось так, что из многочисленных обещаний, которые давали коммунистические деятели нашему народу и которые, как правило, не исполняли, одно они точно исполнили: они создали НОВОГО человека. Человека, который не связывает себя с русской историей, той, которая была до советского периода. При этом он может даже интересоваться этой историей, но интересоваться так, как интересуются какой-то отдалённой экзотикой.

И вот сформировался определённый тип человека, для которого проблема разрыва исторической преемственности не представляется актуальной, потому что не представляется актуальной, например, проблема нравственной, правовой оценки советского периода. В стране, в который после того, что она пережила в коммунистический период, не были проведены законы о люстрации, в который коммунизм, разрушавший страну, не был признан преступным режимом (хотя попытка была предпринята), в такой стране вопрос о топонимическом переименовании не может быть актуальным. Потому что если люди не осознали самое главное, второстепенное в их жизни уже не будет иметь такого значения.

Я имею ввиду именно будущих священников. Тут возникает уже проблема формирования нового поколения нашего духовенства. Каким оно будет? То, что современные священники очень далеки от традиций русского духовенства дореволюционной эпохи, - это вполне понятно и, может быть, даже неплохо. Не всё, что было в дореволюционном духовенстве, надо сохранять и восстанавливать. Важно другое – они не осознают себя связанными с нашим историческим прошлым. Оно для них неактуально и неинтересно. Они хотят адаптироваться в современном настоящем.

Зачем восстанавливать внешние признаки утраченного? Я, например, убеждён, что не нужно восстанавливать все те храмы, которые были, потому что в этом нет никакой необходимости. При этом иногда нужно строить храмы там, где их никогда не было. Что же касается тех же самых улиц, то если люди у нас совершенно равнодушны к тому, что у нас существует, например, тот же самый мавзолей, то что говорить о большевицких названиях улиц, уничтоживших исторические названия!

Но дело-то даже было не в этом. Когда, допустим, тот же брат моей бабушки, выпускник Царицынского реального училища, приехал поступать в столицу в Императорский Политехнический институт, это была страна, в которой студент из провинции, получив высшее образование, очень легко входил в ту самую дворянскую русскую культуру, продолжательницей которой была русская интеллигенция. Не та образованщина, которая бросала листовки и бомбы, а которая трудилась в России в качестве врачей, инженеров, юристов. Так вот этот слой СНЯЛИ! Ну, какое, например, значение для таджика-дворника – как называется эта улица? К сожалению, таких «таджиков» духовных у нас очень много (я без уничижения употребляю это слово).

Но мы потеряли религиозно трепетное отношение к истории. Вспомните, какое огромное количество людей мигрировало в советский период. Ведь история начинается с памяти семейной. Ты живешь в деревне, где родовое кладбище, изба, в которой жил хотя бы дедушка. Много вы найдёте людей, которые живут в домах, где жили их дедушки даже в городах, не говоря уже о деревнях? Люди срывались со своих привычных земель и в общагах, коммуналках у них и детей формировалось совершенно другое сознание. Помните, как в приличных семьях, сохранявшихся в Советском союзе, старались не рассказывать детям об их предках, которых, допустим, репрессировали? И так приходило всё в забвение.

У меня есть глубокое убеждение, что мы должны критически взглянуть на своих отцов, как это сделал, например, сын Мартина Бормана, католический священник. Он молится о нём, но при этом даёт определенную нравственную оценку ему и считает своим долгом искупить вину того поколения и собственно самого отца перед миром, перед Германией и так далее. У нас же этого чувства нет: мы должны ВСЕГДА гордиться своим прошлым, своими предками.

Символика его выразительна: у нас звучит гимн, написанный по заказу недоучившегося семинариста, подпавшего под отлучение Поместного собора Церкви 1917 года, ПОСЛЕДНИМ регентом обновленческого Храма Христа Спасителя, переделавшегося в советского музыкального генерала Александрова. Ну, а автор текста гимна С. Михалков – это отвратительный представитель изменившего себе дворянства, выживающий в любых условиях, даже переписывая собственные стихи.

Отсюда у нас сейчас и православие такое, которое очень легко сочетается с элементами богоборчества в окружающей действительности. Потому что наряду с апокрифами о «тайном христианине Сталине», «тайном христиане Жукове» существуют и убеждения в том, что Церковь должна, прежде всего, служить Родине, какой бы эта Родина не была. Более кощунственной формулировки для христианина придумать Н-Е-В-О-З-М-О-Ж-Н-О! Это не значит, что все наши улицы надо называть именами христианских святых, но это значит, что мы должны понять, что же в нашей жизни является приоритетной задачей и на это употребить нашу общественную энергию.

И самое главное, что нужно помнить тем, кто не представляет христианства без России: Христа распинали великие патриоты того самого, действительно, богоизбранного народа, к которому по плоти Он принадлежал. И с времён Христа очевидно, что патриотизм является одним из самых больших искушений для христианской веры и для людей, которые могут благодаря патриотизму эту веру утратить или извратить.

Tags: Митрофанов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments